Председатель Союза журналистов: наша задача — бороться за выживание отрасли

0


Еженедельник “Аргументы и Факты” № 47. Суперномер вопросов и ответов 18/11/2020

В прошлом году председатель Союза журналистов России Владимир Соловьёв рассказывал в «АиФ» о планах СЖР. Но этот год простым не назовёшь. Из тех планов, что строили, хоть что-то удалось реализовать?

Отвечает председатель Союза журналистов России Владимир Соловьёв:

— Да, год этот непростой для всех. Признаюсь, я с некоторой иронией пересматривал своё новогоднее обращение к коллегам из Союза журналистов России. Почти все заявленные там планы были нарушены COVID-19. Но в самом начале 2020 г. СЖР успел поучаствовать в нескольких важных событиях, например на 100-летии Красноярского союза. Там присутствовали и наши друзья из Союза болгарских журналистов, вместе мы съездили в районные газеты. Побывали в Иране — теперь есть возможность сотрудничества с очень интересными нашими пишущими коллегами. Были в Катаре на международной журналистской конференции.

Пандемия нанесла очень мощный экономический удар по всей нашей отрасли. Союз журналистов России провёл большое исследование среди 600 СМИ страны — его результаты есть у нас на сайте.

Откуда пришла помощь?

Ольга Шаблинская, «АиФ»: — И какие выводы? Всё плохо?

— Выводы оказались неутешительными: кризис, многие СМИ на грани закрытия. Наша главная задача — бороться за выживание отрасли. С этим нашим исследованием я выступил на заседании Комитета Госдумы по информационной политике, информационным технологиям и связи — вхожу в экспертный совет этого комитета. После этого совместно с Национальной ассоциацией телерадиовещателей, которую возглавляет Эдуард Михайлович Сагалаев, написали письмо премьер-министру Мишустину с просьбой включить СМИ в перечень наиболее пострадавших отраслей. Нас поддержали многие общественные организации, Комитет Госдумы, известные люди, губернаторы. В общем, навалились всем миром. В итоге помощь пошла: более 30 тыс. СМИ смогли её получить и только 300 — нет, то есть 1%.

Сбылась наша мечта — мы запустили Центр защиты прав журналистов.

— Владимир Соловьёв

А ещё в эти сложные эпидемиологические времена в сентябре, в День международной солидарности журналистов, мы провели церемонию награждения премией «Солидарность». Отметили Джулиана Ассанжа, которому в случае его экстрадиции в США может грозить либо многолетнее заключение, либо даже смертная казнь. Вторую премию получила Ева Меркачёва, комментатор «Московского комсомольца». Она занимается правозащитной деятельностью и помощью нашим коллегам, оказавшимся в тяжёлых ситуациях.

Кроме того, в сентябре 2020 г. удалось провести самый большой в мире журналистский форум «Вся Россия» на берегу Чёрного моря. Он был уже 24-м, собралось более 900 наших коллег со всей страны. Неделя интереснейших спикеров, премьер, встреч. Все соскучились по общению, конечно. Слава богу, никто не заболел.

СЖР смог осуществить два проекта, которые давно планировались. Во-первых, у нас заработали Центр мониторинга нарушений прав журналистов и сайт, связанный с этим, Протектмедиа.орг. Обнаружили 118 случаев в стране и больше 30 за рубежом. Во-вторых, сбылась наша мечта — мы запустили Центр защиты прав журналистов, который возглавляет Анна Белозёрова, опытный юрист, она работала следователем по особо важным делам. Уже идут обращения.

Главная наша забота — защита журналистов, свободы слова, свободы распространения информации. Так что задачу, которую мы поставили себе в начале тяжёлого периода — защиту отрасли, — мы выполнили.

По-моему, многие региональные руководители не знают, что в России цензура запрещена Конституцией, что есть статья 144 — воспрепятствование деятельности журналиста, по которой можно оказаться в заключении на срок до 6 лет.

— Владимир Соловьёв

Где мечтают о цензуре?

— Я не раз уже слышала мнение: «Сейчас век вседозволенности в СМИ, а раньше, мол, хотя была и цензура, зато в газетах и на ТВ не было сегодняшнего беспредела». А вы, Владимир Геннадиевич, вдруг говорите про защиту свободы слова. У нас же демократия!

— Есть проблемы. Почти каждый день в СЖР — а у нас 85 региональных отделений, мы самый большой и, без хвастовства могу сказать, самый активный в стране творческий общественный союз — приходит информация о многочисленных нападениях на журналистов, препятствиях работе, угрозах. По-моему, многие региональные руководители не знают, что в России цензура запрещена Конституцией, что есть статья 144 — воспрепятствование деятельности журналиста, по которой можно оказаться в заключении на срок до 6 лет.

Причины нападений на наших коллег разные. Порой они связаны со скрытием хищений на региональном уровне. К примеру, в Красноярском крае пошли заявления от местных жителей: в тайге дым валит, что-то происходит, видимо, вырубка незаконная. Выехала съёмочная группа. И вдруг наткнулась на поставленный на дороге шлагбаум, у которого стояли странные люди. Они не давали журналистам возможности проехать. В итоге группа вернулась домой. Но после этого подключилась полиция, прокуратура возбудила дела на «предпринимателей», которые реально совершали там незаконные вырубки.

А один случай вообще достоин пера Салтыкова-Щедрина. Есть прекрасный город Урюпинск, а в нём есть не менее хорошая газета «Урюпинская правда». Её главный редактор Ольга Шушлебина, наша коллега, допустила «страшную», в кавычках, конечно же, ошибку — опубликовала портрет районного руководителя выше портрета областного руководителя. Скандал был жуткий, её уволили по распоряжению главы городской администрации. Мы долго боролись, в итоге смогли восстановить Ольгу в должности. Мы её, кстати, отметили наградой «За стойкость».

Случаев много, и ни один мы не оставляем без внимания. Я каждый день подписываю бумаги в адрес региональных руководителей, в Следственный комитет, в прокуратуру. И это работает. Уважение к Союзу журналистов России растёт — коллеги видят, что за их спиной мощная сила, которая может защитить, помочь отстоять права, если вдруг они нарушаются. А чиновники благодаря работе СЖР понимают: журналистов обижать нельзя, иначе «нарвёшься», будет себе дороже. Недавно мы говорили с главой «Справедливой России» Сергеем Мироновым о том, чтобы продвинуть такую законодательную инициативу, по которой чиновников будут наказывать очень большими финансовыми штрафами за такие вещи, как отказ в аккредитации, непредоставление вовремя положенной по закону информации.

Многие статьи должны автоматически быть обращением в прокуратуру. В некоторых регионах прокуратура не спит.

— Владимир Соловьёв

— Знаете, иногда читаю статьи, смотрю телесюжеты о громких расследованиях хищений и думаю: «После такого разгрома точно десяток уголовных дел будет». Но ничего не происходит. А раньше реакция общества на СМИ была мгновенной: утром — в газете, вечером — в куплете.

— Действенности не хватает журналистике, той самой, чему нас учили. Хотя, мне кажется, медленно, но она возвращается.

— Вы считаете, здесь дело в журналистике? По-моему, тут правоохранительные органы должны реагировать.

— Тут дело в общем стиле взаимоотношений в обществе. По сути, да, многие статьи должны автоматически быть обращением в прокуратуру. В некоторых регионах прокуратура не спит.

Самый хороший пример — с Иваном Голуновым. Сейчас судят тех троих полицейских, которые ему подсунули наркотики. Голунов, кстати, приезжал на наш форум в Сочи и подробно рассказывал эту историю. Дело идёт медленно, тем не менее общая поддержка, которую выразили журналисты своему коллеге, сработала. И в регионах такое происходит тоже достаточно часто.

— Наш разговор идёт в духе «вся жизнь — борьба». А в преддверии Нового года хочется чего-то светлого, радостного.

— На 100-летие Союза журналистов России мэр Москвы Сергей Собянин подарил нам сертификат на 300 млн руб., чтобы мы капитально отремонтировали Центральный дом журналиста на Никитском бульваре. Я сегодня вечером проходил мимо Домжура, с него только что сняли леса — он выглядит очень красиво. Фасад, крыша сделаны, коммуникации, которые не меняли со времён Пушкина, уже новые. Реставрация будет продолжаться до конца 2022 г., когда мы получим полностью обновлённый Домжур.

Источник

Leave A Reply

Your email address will not be published.